Айзек Азимов

Академия и Империя

Часть II. Мул

Глава 14. Мутант

«Ангар» на Калгане - постройка весьма специфическая, рассчитанная на размещение огромного количества кораблей, на которых сюда прибывают гости из других миров. В «ангаре» все предусмотрено для быстрого и качественного удовлетворения самых разнообразных потребностей туристов. Умник, который все это придумал, моментально стал миллионером. Его наследники - как кровные, так и финансовые - легко попали в круг богатейших людей Калгана.

Постройки «ангара» занимали колоссальные участки земли, так что слово «ангар» в весьма отдаленной степени отражает суть и назначение этого строения. Фактически это был отель - отель для звездолетов. Путешественник платит вперед, и его кораблю предоставляется стоянка, с которой он может стартовать в любой момент. При желании турист может жить в своем корабле. Обычные гостиничные услуги, как-то: доставка продуктов питания, медикаментов, несложный ремонт корабля, спецрейсы по Калгану - все это предоставляется за номинальную плату.

В итоге турист имеет одновременно стоянку для корабля и гостиницу для себя, что и удобно, и выгодно. Кроме того, владельцы сдают участки земли, примыкающие к «ангару», по сходной цене. Правительство собирает высокие налоги. И все довольны. Никто не внакладе. Простенько - и со вкусом!

Человек, уверенно шагавший по коридорам «ангара», соединявшим его многочисленные «крылья», явно был здесь не впервые. В свое время он уже оценил по достоинству новизну и удобства этого сооружения, а сейчас ему было не до восторгов. Он торопился.

Корабли самых разнообразных размеров и конструкций выстроились длинными четкими рядами. Человек шел вперед, оставляя позади ряд за рядом. Предварительно изучив схему «ангара», он понял, в каком крыле находится нужный ему корабль, а теперь богатый опыт и профессиональное чутье должны были помочь ему выбрать его из сотни других звездолетов.

Тишину нарушил отдаленный призрачный вздох. Человек остановился, повернулся и пошел вдоль очередного ряда кораблей - муравей среди металлических чудовищ.

То тут, то там из приоткрытых входных люков вырывались лучи света. Это означало, что хозяева рано вернулись домой, предпочтя шумным развлечениям домашний уют.

Человек остановился. Если бы он умел улыбаться, он непременно улыбнулся бы. Во всяком случае, мысленно он улыбнулся. Корабль, у которого он остановился, был невелик, но, судя по всему, способен развивать огромную скорость. Некоторые особенности его конструкции убедили человека в том, что он нашел то, что искал. Корабль был необычной модели. В те дни большинство конструкций звездолетов в данном квадранте Галактики либо имитировали модели, созданные в Академии, либо просто были построены тамошними инженерами. Этот корабль был другим. Это был корабль из Академии. Ошибка исключена - утолщения в обшивке свидетельствовали о том, что он оборудован защитным полем - которое было только у кораблей Академии. Было и еще кое-что, что окончательно убедило человека в успехе поисков.

Все стоянки в «ангаре» были оборудованы электронными барьерами. Однако это не смутило человека. Он достал портативный нейтрализатор весьма специфической конструкции и легко преодолел барьер.

Поэтому внутри корабля узнали о визите постороннего только по мягкому жужжанию звонка в центральном отсеке. Это означало, что кто-то коснулся глазка фотоэлемента сбоку от главного входного люка.

Все время, пока продолжался этот увенчавшийся успехом поиск, Торан и Байта чувствовали себя в относительной безопасности за стальной обшивкой «Байты». Паяц Мула, сообщивший, что его зовут не как-нибудь, а Магнифико Гигантикус - имечко, прямо скажем, издевательское для столь тщедушного создания, скрючился у стола и жадно поглощал приготовленную для него еду.

Взгляд его печальных карих глаз отрывался от еды только для того, чтобы украдкой взглянуть на Байту, которая хлопотала на кухне рядом с ним.

- Благодарность такого ничтожества, как я, конечно, пустяки для вас, госпожа, - смущенно пробормотал он, - но я действительно благодарен вам. Ведь за последнюю неделю я питался одними огрызками. А у меня, признаться, несмотря на то, что я такой худой, отличный аппетит.

- Ну так ешь! - улыбнулась Байта. - И не трать времени на благодарности. Знаешь пословицу про благодарность? Я ее точно не помню, один раз только слышала.

- Да, моя госпожа, есть такая пословица. Мне довелось услышать, как один мудрый человек изрек: «Лучшая благодарность - молчание». Но, увы, моя госпожа, я - болтун. Когда-то мое пустословие пришлось по нраву Мулу, и он нарядил меня в этот шутовской костюм и наградил громким именем - раньше-то меня звали просто Бобо. Ему это не понравилось. А потом, моя госпожа, если моя болтовня была ему почему-либо не по вкусу, он нещадно избивал меня.

Из отсека управления вышел Торан.

- Делать нечего, Бай. Остается одно - ждать. Надеюсь, Мулу известно, что корабль из Академии является территорией Академии.

Магнифико Гигантикус, в прошлом Бобо, широко раскрыв глаза, воскликнул:

- Как же велика должна быть Академия, если даже слуги Мула трепещут перед ней!

- А ты слышал об Академии? - с улыбкой спросила Байта.

- Кто же не слышал о ней! - подобострастно воскликнул Магнифико. - Говорят, что это мир великих чудес, в котором есть огонь, способный поглотить целые планеты. Говорят, что самые высокопоставленные люди по всей Галактике не могут похвастаться честью и уважением, которым пользуется всякий простой смертный, имеющий счастье сказать: «Я - гражданин Академии!» - будь он простым шахтером или даже таким ничтожеством, как я.

Байта покачала головой.

- Ох, Магнифико, если ты будешь произносить такие пышные речи, ты никогда не покончишь с едой. На-ка, выпей молока. Очень вкусное!

Она поставила на стол кувшин с молоком и стакан и, знаком попросив Торана удалиться, сама вышла следом за ним.

- Торан, что же мы будем с ним делать? - тихо спросила она, кивнув в сторону кухни.

- Что ты имеешь в виду?

- Если явится Мул, мы отдадим его?

- А что же нам еще остается, Бай? - обреченно пожал плечами Торан и сдул со лба прилипшую прядь волос.

- Пока мы сюда не попали, - устало продолжал он, - я, как дурак, думал: ну, прилетим, порасспросим тут про Мула, а потом займемся делом - а каким, я и сам не знал.

- Я понимаю, что ты хочешь сказать, Тори. Я сама, честно говоря, не надеялась, что нам удастся увидеть Мула. Я тоже думала, что мы ограничимся просто расспросами, которые в конце концов могли бы вывести нас на людей, которым побольше известно о его межзвездных интригах. Кто знал, что так выйдет! Я же не шпион из космического боевика!

- В этом плане я недалеко от тебя ушел, Бай...

Сжав кулаки, он продолжал:

- Да... Ситуация... Честно говоря, мы ведь и не были до конца уверены, что Мул на самом деле существует. А тут вдруг такая передряга! Значит, ты думаешь, он придет за своим паяцем?

Байта быстро взглянула на него.

- Не знаю, хочу ли я этого. А ты?

В это мгновение прерывисто зазвонил звонок. Кто-то стоял у входного люка! Байта беззвучно прошептала:

- Мул!

На пороге, широко раскрыв глаза, перепуганный насмерть, стоял Магнифико.

- Мул?!

- Придется впустить их, - огорченно пробормотал Торан.

Щелкнул контакт, люк открылся и впустил гостя. Крышка люка захлопнулась. На сканере в центральном отсеке была видна одинокая тень.

- Там всего один человек, - облегченно вздохнул Торан. Сдерживаясь, чтобы не выдать волнения, он спросил в переговорное устройство: - Кто вы такой?

- Может, все-таки мне будет позволено войти? - донесся голос из переговорного устройства.

- Должен вас предупредить, что это корабль из Академии и по Конвенции о международном праве он является ее территорией.

- Мне это известно, - ответил голос.

- Входите, подняв руки. В противном случае я буду стрелять. Я неплохо вооружен.

- Договорились.

Торан открыл дверь отсека и взвел курок бластера. На пороге стоял незнакомый мужчина.

Магнифико облегченно прошептал:

- Это не Мул! Просто человек!

«Просто человек» церемонно кивнул паяцу.

- Точно подмечено. Я действительно не Мул.

Руки он по договору держал чуть приподнятыми и разведенными в стороны.

- Я не вооружен, - сообщил он, - и пришел к вам с миром. Так что не волнуйтесь и уберите бластер.

- Кто вы? - недовольно спросил Торан.

- Это мне следовало бы вас спросить, - холодно парировал незнакомец. - Это вы скрываете свою личность, а не я.

- Как это?

- Вы утверждали, что вы - гражданин Академии, не правда ли? Да будет вам известно, что среди прибывших на Калган не зарегистрировано ни одного Торговца.

- Это неправда! Откуда вы знаете?

- Знаю, потому что я - гражданин Академии. У меня есть соответствующие документы. А у вас?

- Я думаю, вам лучше уйти!

- А я так не думаю. Если вам известно, что бывает с теми, кто выдает себя за гражданина Академии, не будучи им, и еще кое-какие процессуальные тонкости, вам будет нетрудно догадаться, что вас ожидает, если я не вернусь живым на свой корабль. Тут же поступит сигнал на ближайшую военную базу Академии. Так что настоятельно рекомендую вам убрать оружие.

Наступило напряженное молчание. Наконец Байта спокойно сказала:

- Убери бластер, Торан, и поверь ему на слово. Похоже, он правду говорит.

- Благодарю вас, - поклонился незнакомец. Торан положил бластер на стул рядом с собой.

- Надеюсь, теперь вы можете объясниться?

Незнакомец продолжал стоять. Он был высокий, широкоплечий. Лицо словно вырублено из камня. Почему-то сразу возникла уверенность, что он никогда не улыбается. Но глаза у него были добрые.

- Слухи распространяются быстро, - сказал он, - особенно невероятные. Думаю, вряд ли на Калгане сейчас отыщется хоть один человек, который бы не знал, что люди Мула схлопотали по зубам от двоих туристов из Академии. Главное я знал уже днем. Кроме того, как я сказал, зарегистрированных туристов из Академии на Калгане нет, кроме меня. Такие вещи нам известны.

- Кто это - «мы»?

- «Мы» - это «мы». Я - один из них. Я понял, что вы припарковались в «ангаре», - вы сами обмолвились там, на пляже. Поэтому я своими методами изучил список и своими методами нашел корабль. - Он резко повернулся к Байте.

- Вы - уроженка Академии, не так ли?

- Да что вы говорите? - огрызнулась Байта.

- Вы - член демократической оппозиции, именуемой «подпольем». Имени вашего я не помню, зато помню лицо. Вы покинули Академию совсем недавно, и это вам вряд ли удалось бы, будь вы фигурой поважнее.

Байта пожала плечами.

- Вы подозрительно много знаете.

- Да. Знаю. Вы удрали с мужчиной. С этим?

- Какая вам разница?

- Никакой. Просто хочу, чтобы мы лучше поняли друг друга. Если не ошибаюсь, пароль на той неделе, когда вы удрали, был «Селдон, Гардин, Свобода»? А командиром вашей группы был Порфират Харт.

- Откуда вы знаете? - гневно воскликнула Байта. - Его схватила полиция?

Торан сжал ее руку, но она вырвалась и подошла ближе к незнакомцу.

- Никто его не схватил. Просто у подполья широкие связи в самых неожиданных местах. Меня зовут капитан Хэн Притчер, я из Службы Информации, и я сам командир группы, а под каким именем - неважно. - Подождав немного, человек из Академии продолжил: - Нет, я вовсе не жду, что вы мне поверите. В нашем деле лучше не доверять, чем наоборот. Просто хотелось поскорее покончить с вводной частью.

- Ну, - сердито буркнул Торан, - допустим, вам это удалось.

- Можно присесть? Спасибо.

Капитан Притчер уселся, закинув ногу на ногу, а руку забросил за спинку кресла.

- Давайте для начала кое-что уточним. Вы двое прибыли не из Академии, следовательно, как нетрудно догадаться, из одного из независимых торговых миров. Это меня как раз мало интересует. Любопытно другое - что вы собираетесь делать с этим несчастным паяцем, которого вы похитили с такой легкостью. Удерживая его у себя, вы рискуете жизнью.

- Я вам этого не скажу.

- Гм-м. Собственно, я и не ожидал ответа. Только если вы думаете, что Мул лично явится за ним под звуки фанфар, барабанов и электроорганов, забудьте об этом. Мул до такого не унизится.

- Что? - одновременно выдохнули Торан и Байта, а в углу, где притаился Магнифико, в полном смысле слова навостривший уши, раздался вздох облегчения.

- Это правда. Я сам пытался войти с ним в контакт и проделал в этом плане гораздо более серьезную работу, чем вы, любители. Ничего не вышло. Он нигде лично не появляется, не разрешает себя фотографировать и вообще как бы то ни было изображать - видит его только ближайшее окружение.

- Чем же мы можем быть вам полезны в этом плане, капитан?

- Не вы. Паяц - ключ ко всему. Паяц - один из немногих, кто его видел. Он мне нужен. У меня есть кое-какие догадки, и он может их подтвердить. Мне нужно их подтвердить, чтобы, черт побери, встряхнуть Академию!

- А ее нужно встряхнуть? - ехидно поинтересовалась Байта. - А зачем? И в какой роли вы выступаете сейчас? Кто вы - мятежный демократ или служащий тайной полиции и провокатор?

Лицо капитана помрачнело.

- Когда существует угроза для всей Академии, мадам революционерка, она существует для всех - и для демократов, и для тиранов. Так что давайте-ка спасем наших собственных тиранов от еще большего тирана, с помощью которого мы сможем их сбросить.

- О каком это тиране вы говорите?

- О Муле! Я кое-что о нем знаю - столько, что уже сто раз мог отправиться на тот свет, если бы не моя способность ускользать в самые опасные моменты. Попросите паяца выйти. Мне нужно кое-что сказать вам наедине.

- Магнифико!

Байта жестом попросила паяца удалиться, и тот безропотно повиновался.

Капитан заговорил так тихо, что Байте и Торану пришлось придвинуться поближе.

- Мул - хитрый игрок. Слишком хитрый, чтобы не понимать притягательности и блеска авторитарного правления. Если он от этого отказывается, то не без причины. Вот почему я думаю, что при личном контакте можно было бы узнать нечто важное, что он скрывает.

Он нетерпеливо махнул рукой, показывая, что вопросы задавать не время, и торопливо продолжал:

- Я побывал там, где он родился. Побеседовал с людьми, которые вряд ли долго задержатся на этом свете именно из-за того, что им кое-что известно. Они помнят ребенка, который родился тридцать лет назад, смерть его матери, его странную юность. Мул - не человек!

Торан и Байта вздрогнули. Они пока мало что понимали, но фраза звучала пугающе.

Капитан продолжал:

- Он - мутант, и, как свидетельствует его дальнейшая карьера, результаты мутации налицо. Я не знаю точно, какова его сила и до какой степени он соответствует образу супермена из дешевых триллеров, но то, что за два года он прошел путь от нуля до завоевателя Калгана, говорит само за себя. Видите, какова опасность? Разве может быть в Плане Селдона учтен генетический сдвиг с непредсказуемыми биологическими качествами?

Байта медленно, с трудом подбирая слова, проговорила:

- Не верю. Это какой-то обман. Почему же люди Мула не убили нас? Чего бояться слугам супермена?

- Я же сказал - я не знаю степени его мутации. Возможно, она еще не завершена, и поэтому он пока не готов к нападению на Академию. В такой ситуации самое разумное с его стороны - дожидаться завершения мутации. А теперь давайте вернемся к паяцу. Позовите его. Я хочу с ним поговорить.

Капитан перевел взгляд на вошедшего, дрожавшего от страха Магнифико, у которого высокий, крепкий мужчина, пристально глядевший на него, явно не вызывал доверия.

Капитан спокойно спросил паяца:

- Ты видел Мула собственными глазами?

- О, я видел его слишком близко, благородный господин. Так близко, что у меня все кости им переломаны!

- Не сомневаюсь. Можешь его описать?

- Мне страшно вспомнить о нем, благородный господин! Он такой... громадный! Рядом с ним даже такой могучий человек, как вы, показался бы муравьем. У него ярко-рыжие волосы – как огонь, а руки у него такие сильные, что я не смог бы сдвинуть его с места, уцепись я и потяни изо всей силы.

Видимо, Магнифико вспомнил пережитые кошмары и весь как-то сжался.

- Часто, на потеху своим генералам, а то и для собственной забавы, он брал меня указательным пальцем за пояс и подвешивал - вот так, а я должен был читать стихи. Только после двадцатого стихотворения он отпускал меня, причем каждое стихотворение должно было быть только что сочиненным и безукоризненно срифмованным. А порой он требовал еще и еще... Он - человек страшной силы, благородный господин, и ужасной жестокости. А глаз его, благородный господин, никто никогда не видел!

- Что? Повтори!

- Он носит очки, благородный господин, очень странные. Говорят, они непрозрачные, потому что у него нечеловеческое зрение. Я слышал, - он перешел на шепот, - что тот, кто посмотрит ему в глаза, умрет на месте. Он может убивать взглядом, благородный господин!

Испуганный взгляд Магнифико перебегал с одного лица на другое. Он молитвенно сложил руки.

- Это правда, клянусь вам. Это правда!

Байта глубоко вздохнула.

- Похоже, вы правы, капитан. Что будем делать? Командуйте.

- Так. Давайте рассудим здраво. Как я понимаю, никаких дел у вас здесь больше нет. Верхний барьер открыт?

- Мы можем стартовать в любое время.

- Тогда стартуйте. Может быть, Мул и не хочет ссориться с Академией, но отпускать Магнифико рискованно. Наверху вас запросто могут ждать. Если вы благополучно исчезнете - кто будет виноват?

- Вы правы, - мрачно признал Торан.

- Однако у вас есть защитное поле и скорость повыше будет, чем у любого из их кораблей, поэтому, как только выйдете из атмосферы Калгана, рвите вперед как можно быстрее.

- Хорошо, - холодно согласилась Байта. - А в каком качестве мы вернемся в Академию, капитан?

- В качестве дружественных представителей Калгана, если вы не против. По-моему, в этом не будет ничего удивительного.

Не сказав ни слова, Торан отправился к пульту управления. Все ощутили легкий толчок.

Только когда Калган остался далеко позади и Торан приготовился к первому межзвездному прыжку, лицо капитана Притчера едва заметно смягчилось - ни одного корабля армии Мула не встретилось на их пути.

- Похоже, он таки позволяет нам увезти Магнифико, - сказал Торан. - Что-то у вас не сходится.

- Только в том случае, если он почему-либо хочет, чтобы мы его увезли. Тогда - плохи дела Академии.

Наконец был совершен последний прыжок через гиперпространство, до Академии оставалось лететь сравнительно недолго, и они поймали первую передачу на гиперволнах за время полета.

Их внимание привлекла одна из новостей. Диктор упомянул о том, что некий диктатор, имя которого почему-то названо не было, послал в Академию ноту протеста по поводу насильственного увоза своего придворного. После этого сообщения диктор перешел к спортивным новостям.

Капитан Притчер процедил сквозь зубы:

- Все-таки он нас опередил. - И, подумав, добавил: - Значит, он готов напасть на Академию. Ему просто был нужен повод. Теперь ситуация для нас несколько осложнится. Придется поторопиться...


Часть II. Мул. Глава 13. Лейтенант и шут Содержание Часть II. Мул. Глава 15. Психолог

Обсудить роман Айзека Азимова "Академия и Империя" возможно здесь.




Индекс цитирования Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru хостинг по разумной цене